"Правосудие должно быть открытым".

"Правосудие должно быть открытым".

07.12.2011

Разговор с депутатом

Виктор Зимин:

«Юристов много не бывает»

Наша справка:

Виктор Матвеевич Зимин — заслуженный летчик России, полковник запаса. Родился в 1952 году в Воронежской области. Закончил Тамбовское высшее военное авиационное училище. Служилана Дальнем Востоке: на Курильских островах, в Комсомольском районе, с 1990 г. в Хабаровске.

С 2001 г. работал начальником отдела в Управлении судебного департамента Хабаровского края, с 2005 г. — директор ДВ-филиала Российской академии правосудия. В Хабаровскую городскую думу избран в 2009 году.

Диссертация кандидата юридических наук Виктора Зимина была посвящена информационному обеспечению деятельности судов.

— То есть ваша тема — электронный суд. Это как-то перекликается с вопросом создания электронного правительства, который сегодня актуален в Хабаровске?

— Самым непосредственным образом: та же система, та же схема. Это создание единого информационного поля в России для всех. Завтра каждый сможет решить любой вопрос, связанный с делопроизводством, не теряя времени. Достаточно подать одно заявление. Более того: прохождение документов можно будет проследить через Интернет.

В Хабаровске процесс информатизации идет полным ходом. Администрация давно поняла, что без этого не шагнешь в завтрашний день. А теперь при государственной поддержке дело пойдет гораздо быстрей. Когда президент сказал «надо», мы оказались на шаг впереди многих. Уже сегодня горожане могут оплатить коммунальные услуги, телефон, многое другое через Интернет. Людям старшего поколения, конечно, трудно перестроиться, но постепенно сознание общества меняется.

— Не страшно жить совсем без бумаги, только на виртуальном поле. А если потеряется?

— Верный вопрос. Чтобы не было потери информации, должно быть дублированное архивирование. В нашем вузе документооборот электронный. Сначала мы параллельно использовали и бумажный носитель, теперь от этого отказались. Создали троекратное архивирование: информация хранится на трех дисках, и утрата одного не станет трагедией. Тем более, все они лежат, фигурально выражаясь, не в одной корзине. Открытая информация в Интернете — это прорыв во многих областях. Согласитесь, прозрачное поступление в вуз — заслон любым злоупотреблениям.

— Согласна. Но вот недавно активно обсуждалось намерение отказаться от бумажных трудовых книжек. Люди были напуганы.

— Пугаться не нужно. Во-первых, это случиться не сегодня и даже не завтра. Во-вторых, все будет продумано и надежно защищено, ведь речь идет о судьбе человека. Кстати, нельзя сказать, что бумаги — это надежно. Сколько утраченных документов и сгоревших архивов, сколько людей пишут запросы, чтобы восстановить свой трудовой путь!

Что же касается электронных трудовых книжек, сегодня разговор идет о программах с уже с десятикратным автоматическим архивированием.

— Что значить «автоматическое»?

— Ежедневно без участия человека в одно и то же время происходит десятикратное копирование всех появившихся за сутки документов. И даже если в системе произойдет какой-то сбой, потеря информации за день — вполне восстановимая утрата. Предусматривается и криптографическое архивирование, то есть засекреченное. Речь идет об информационной безопасности. Конечно, будет соответствующий закон о доступе к персональным данным человека, чтобы исключить утечку информации.

— А станет ли судебная система, в которой вы работаете, более доступной или, напротив, окончательно засекретится?

— С 1 июля 2010 года работает закон о доступе к судебной информации. Теперь суды должны вывешивать на сайте все свои решения. Заинтересованный человек может получить полную информацию о процессе. В арбитражных судах продвинулись дальше: стали записывать на носитель ход заседания. Получился своеобразный черный ящик процесса, который в любой момент сыграет роль беспристрастного свидетеля. Теперь ни протокол, ни свидетельские показания подделать нельзя. В альянсе с открытостью это сыграет большую роль в борьбе со злоупотреблениями.

— Что же получается: скоро любой человек сможет войти на сайт и посмотреть, кто что натворил, кого за что посадили?

— Совершенно верно. Суды могут быть закрытыми только в исключительных случаях, которые прописаны в законе (например, изнасилование или государственная тайна). А большинство дел вполне могут рассматриваться открыто. Поздно заботиться о репутации, если встал на путь преступления. Натворил — получай публичность. Каждый должен знать, что свидетелями его позора могут стать друзья, сослуживцы, соседи. Но даже если суд будут закрытым, его решение должно быть вывешено на сайте.

— Это интересный поворот дела. Суды очень неохотно общаются с журналистами, информацию даже о резонансном деле добыть трудно.

— Теперь этого не будет. К тому же во всех судах ввели должности пресс-секретарей.

— Приходилось сталкиваться и с пресс-службой судов. Многие пресс-секретари как раз считают, что они должны держать и не пущать».

— Знаю, есть такой момент. Мы занимаемся повышением квалификации работников аппаратов судов, в том числе и пресс-секретарей. Учим их, что средства массовой информации — помощники и соратники судов. Только СМИ могут рассказать правду общественности и защитить судью. Мы объясняем: чем больше суды закрываются, тем больше подозрений и искажения информации. Люди должны видеть, что скрывать нечего. Эта позиция активно поддерживается Верховным судом.

— Вы работник правосудия. Кому как не вам задать вопрос о коррупции. Вот Нургалиев заявил, что с ней покончено…

— Коррупция была и в советское время — только лицо имела другое. С появлением частной собственности люди стали искать способы защиты этой собственности, возможности решить свои проблемы. А нечистые на руку чиновники используют ситуацию. Как побороть коррупцию? Вопрос непростой. Тут первейшее — воля руководителей государства. Второе — наведение порядка на местах. Вот, допустим, в структуру приходит человек порядочный, пытается работать честно, но… сталкивается с предательством начальника. Оперативник с риском для жизни задержал бандита, а начальник бандита отпустил. Это морально убивает, у оперативника опускаются руки. К тому же встает вопрос безопасности его и его семьи. Или гражданин идет в прокуратуру. Думает, что за защитой, а на деле получается иное. Информация становится известной обидчику, жизнь гражданина в опасности.

— Так что же делать? Есть ли выход?

— СМИ нужно объединяться с правоохранительными органами и гражданским обществом. Ведь проходимец у власти творит «чудеса». И особенно это страшно на уровнях поселений, где негодяй чувствует себя господином и ведет себя соответственно.

Есть реальный путь воздействия и на недобросовестных чиновников. Любители отфутболивать граждан должны быть наказаны. Сегодня они всех обиженных отправляют в суд, прекрасно зная, что человек либо не станет связываться, либо увязнет в бумагах. Ведь сегодня суды завалены исками, и искать правду — дело многотрудное и долгое. Нужно, чтобы пошлина за проигранное дело для чиновника была так высока, что дешевле честно выполнять свои обязанности.

А главное — люди должны знать свои права. Я говорю об уровне правовой культуры общества. Она пока никакая. Не согласен с утверждением, что в стране слишком много юристов и экономистов. Таких специалистов много быть не может. Каждый должен в этом смысле быть грамотным, даже работая в другой сфере деятельности.

— В городе реализуются десятки программ. Какие вы считаете важнейшими?

— Приоритет отдал бы тем, что направлены на снятие проблем аварийного жилья, детских садов, школ. Сегодня нужно поднимать спорт, согласен. Но давайте поднимать то, что уже лежит. Школа должна стать центром спортивным, воспитательным, ведь здесь проходит основная часть жизни ученика. Нужно создать достойные условия развития для детей, и тогда мы получим результат — в том числе и спортивный. Конечно, все упирается в финансы. Город постоянно идет с дефицитом. Но скажите: как человека оставить в аварийном жилье? Ведь тут речь идет не о качестве жизни, а о жизни вообще. Ночевать в аварийном доме, в состоянии постоянного стресса, да с детьми. Мы же находим деньги на сгоревшие дома?

— Последний вопрос: тоскуют руки по штурвалу?

— Тоскуют. Хочется летать. Это настоящая мужская работа. Каждый полет — испытание себя на прочность, и этого очень не хватает.

В.М. Зимин ведет прием по средам и пятницам с 15.00 до 18.00 по адресу ул. Восточное шоссе, 49.


Возврат к списку